ЗВЕЗДА СОЦСЕТЕЙ

1.

На главной странице Facebook Люся Мажор лежала полуобнаженная среди морских звезд.

Странная фотка!

Если не сказать больше…

Звезда — пентаграмма, знак Сатаны, Люся же была египтологом, изучала гробницы.

Надо бы Федору держаться от Люси подальше, а он в соцсетях обменялся с ней номерами мобилы.

Мажор позвонила первой.

— Чего такой робкий? Всё молчишь. Ботаник?

— Немного.

— Я к тебе с деловым предложением. Мы на ты? Да?

— Работа у меня есть. Сисадминам платят. Пока.

— Дослушай! Это ребятки с самого верха. Видимо, им понравилось мое погоняло — Мажор. Вот они и предложили мне нарыть контент сайта «Радость моя».

— Целевая аудитория?

— Тинэйджеры. Молокососы. А то ведь на улицу выйти жутко. Сплошь негатив. Торчки. Поножовщина. Гопота. Пивные упыри. Да что говорить, блядство.

— Идея, думаю, здравая.

— Короче! На меня вышел Самуил Жабий, психонервопатолог Кремля. Именно он будет куратором проекта. Предлагает встретиться в ближайшее воскресенье, в полдень.

— Где?

— Кафе «Плакучая ива», на Чистых Прудах.

—Ок. Знаю.

Люся положила трубку.

У Федора Шерстюка гулко заколотилось сердце. Предчувствовался поворот сюжета. Все дни проводит он за компом. Остро не любит людей. А вдруг, блин, через этот сайт полюбит? Тем самым опровергнет фразу Камю: «Ад — это другие».

 

2.

Федя ехал в метро, корчась от боли. Какие кругом лица… Злобные хари! Как же их легко любить в 2D, на плазменной панели монитора. А здесь они в 3D, со всеми телесными изъянами и чумовым амбре.

Как же врет Facebook!

Людмила Ивановна оказалась сорокалетней женщиной с худым бледным лицом. О былом телесном великолепии сигнализировали лишь длинные ноги в черных колготках.

— Вот он какой, Федор Шерстюк! — Люся вскочила из-за стола. — Совсем молоденький.

— Уж извиняйте…

Г-жа Мажор пила ярко желтый апельсиновый сок, курила тонкую пахитоску.

Федя сел на дюралюминиевый стул, потер глаза.

— Я бы кофе выпил. Надо взбодриться.

— Гарсон! — крикнула Люся. Тронула Федю за локоть: — Что такой смурной? Не выспался.

— Мне с живыми людьми как-то неловко.

— Бывает… Где же Жабий? Попал в пробку? Ты где учился?

— В МГУ. Астрофизик. Закончил с красным дипломом.

— Умница. А мне уже 42. В мамочки тебе гожусь.

— Ну, и скажешь. Ты весьма сексапильна.

— Правда? — Людмила отмахнула с глаз огненно-красную челку. — Ты, верно, девственник?

— В точку.

— Легко поправить. Ага… Вот и Жабий!

По проходу уткой переваливался человек кг под 140. Клетчатым огромным платком вытирал лицо.

 

3.

Голубые глаза кремлёвского пузыря глядели елейно.

— Завидую вам черной завистью. Молодые, красивые… А я уже одной ногой в сырой могиле. Ждет меня там гробовой червь. В наличии диабет, грудная жаба, прости господи, тремор.

— Вы еще ничего, — щурилась Люся.

— Куда там! Иногда приступы кровохаркания. Туберкулез, наверно.

— Плохи ваши дела… — пробормотал Федя.

Очи Жабия согнали медовую поволоку:

— На жалость не давлю. Мне всего 52. Жить да жить. Нарожать, бляха-муха, детишек. Однако прочь досужие бла-бла. Поговорим о деле.

Самуил выудил портмоне крокодиловой кожи. Пощелкал по нему широким ногтем.

— Сам аллигатора завалил в долине Нила. М-да… Гонорар вам решили положить царский. Дело-то доброе, сайт «Радость моя». Гарсон! Свежеотжатый ананасовый сок. И поживей, голубчик.

— Я уже читаю труды Оптинских старцев, — алой помадой Люся красила губы.

— Направление верное, — насупился Жабий. — Где же сок?! Гарсон!

Сок появился.

— Каков задаток? — Людмила швырнула тюбик помады в сумку.

Жабий одну хрустящую пачку пятитысячных протянул Люсе, другую Феде.

— Это только начало. Надо вдохнуть в россиян добро. Ведь кругом морды с полотен Босха и Брейгеля. Жутко выйти из дома. Сожрет, не чихнув, шакальё, с потрохами.

 

4.

«Секс — это что-то божественное!» — думал Федор Шерстюк, лежа в кровати г-жи Мажор, разглядывая на лепном потолке крылатых попастых ангелов.

Люся вернулась из ватерклозета. В сумерках лунной ночи возраст ее не заметен. Силуэт будто с холста Рубенса. Особенно грудь. Упругая, нежная, с торчащими вверх сосками.

Богиня села на край тахты. Выбила из пачки «Мальборо» сигарету. Призрачный дымок потянулся в форточку.

— Ну, как я, цыпа, тебе?

— Готов еще раз.

— Придержи коней. Нарезвимся. Скажу откровенно, мне этот сайт нафиг не нужен. Просто я запала на тебя в паутине. С такой милой мордашкой, худыми плечами… А тут подвернулся этот кремлевский жиртрест.

Федор сокровенно погладил Люсину грудь. Бархат? Атлас?

— Ты рожала?

— Именно ты мне подаришь маленького.

— Знаешь, а меня затея с сайтом греет. Через него сам излечусь от злой мизантропии.

— Мяу, — заскочил на кровать черный толстый котяра.

Люся пощекотала кота за ушком:

— Знакомься, мой кот Бегемот. Обожаю Булгакова.

— Не читал.

— Ты такой темный?! Ложись ко мне под бочок. Расскажи о себе.

— У меня эрекция.

— Ой, как некстати. Хотя… Ты мое солнце!

 

5.

Утром, в потоках безудержного солнечного света, Федя подивился квартире. Точнее, её начинке. В центре зала возвышалась стеклянная пирамида с ширмой у входа. На выпуклых обоях причудливый подводный мир, морские звезды, мурены, зубастая акула. Абажуры ламп в виде толстенных рыб с вытаращенными глазами.

— Какая, Люся, у тебя фантазия! — Федор поежился. — Не страшновато?

— Привыкла… Наследство бабки Маруси. Она была главным энергетиком «Южморгеологии».

— Пирамида ее?

— Моя… — Людмила отбросила ширму, вошла в домик матового стекла, подвернув под себя ноги, села на узорчатую подушечку в позе лотоса. Сложила на груди ладонь к ладони. — Здесь медитирую.

— То-то на Facebook ты лежишь средь морских звезд.

— Ага.

— Ты в курсе, что звезда, пентаграмма — знак Сатаны? Изобретение древних египтян, творцов пирамид.

— В сатанистки меня не ряди. Я близка православию. Точнее, мультиконфессионна. С симпатией отношусь к любой вере.

— Ты же египтолог.

— Православный египтолог. Ха-ха. Почти.

В пирамиду величаво вошел перс Бегемот, прижался к хозяйке, застыл в молитвенной позе.

Не нравился Феде этот кот. Ой, не нравился! Как пить дать, выходец из иных сфер. Инфернальных.

— С симпатией относишься и к вере сатанистов? — спросил горлово Шерстюк.

— Уверена, и у них есть рациональное зерно.

Грянул телефонный звонок. Люся включила мобилу на громкую связь. Из трубки раздался задыхающийся от жира голос Самуила Жабия.

— Приступили к работе? Или конь не валялся?

— Зачем спозаранок звоните?

— Я над сайтом мозговал целую ночь. Могу подсказать идеи.

— Пожалуйста.

— На меня вышел сам президент. Просит активизировать процесс. Так что, шутки в сторону. И никакого секса с программистом.

— Не ваша забота. Говорите идеи.

— При личной встрече. Жду вас сегодня в новом кафе «Подвалы Лубянки». Чао. Пока! Или как там теперь говорят? Чмоки-чмоки.

Жабий нажал кнопку отбоя.

Люся отбросила мобилу:

— Мерзкая личность! Может, вернуть аванс? Ну, его нафиг?! Свою «Радость мою» мы уже получили.

— Лапушка, у меня снова эрекция…

— Ты мой кролик.

 

6.

Прошло три года.

Грянула украинская революция.

Самуил Жабий каким-то боком оказался одним из ее негласных лидеров. После ареста в Москве всплыли его коррупционные делишки. Поехал по этапу г-н Жабий проветриться в Магадан на пяток лет. Быть может, при суровом климате и экономном питании он избавится от тирании диабета и злосчастного тремора.

А что же Люся и Федя? Что кот Бегемот? Что, наконец, с мажорным сайтом «Радость моя»?

Финансирование после ареста Жабия, понятно, прекратили. Все данные стерли. Спецы с Лубянки заподозрили, мол, интернет-ресурс создан лишь для разжигания революционных бредней и террористических поползновений.

Однако друзья на этом сайте изрядно подзаработали.

Хотя какие друзья? Любовники! Федя даже предлагал Люсе выйти за него замуж, да та отказалась. Сослалась на возраст. Уж старенькая.

— Да не нужна мне молокососка! — молитвенно складывал на груди руки Шерстюк. — Ты дашь любой барышне фору.

Людмила, закинув очаровательные ножки в черных лосинах на спинку дивана, курила тонкую египетскую пахитоску. Кот Бегемот лежал у нее на животе, кривил жирную морду от дыма.

— Милый мой зайчик, неужели не врешь?

— Ты перевернула мою жизнь. Теперь я не боюсь людей. Монитор ненавижу! В настоящий момент не подпишусь под фразой дурака Камю: «Ад — это другие». Дурак этот Камю, дурак и фразер.

— Человек — венец творенья? — Люся пустила к абажуру-рыбе колечко ментолового дыма.

— Мне теперь всех жалко. Причем жалко реальных хомо сапиенсов, из плоти и крови. А не эти чмошные цифровые тени на плазменных экранах.

— А я больше звездой соцсетей быть не хочу… — Люся помассировала свою левую грудь. — Климакс у меня, что ли?

— Рыбка моя! — кинулся к ней Федор. — Какой там климакс? У тебя ментальность семнадцатилетней.

— Дорогой… Поцелуй меня. Здесь.

— Сейчас! Я так полюбил реальную жизнь! С ее картинками, звуками, запахами.

— Поцелуй же.

Федор нагнулся.

Кот Бегемот спрыгнул с живота хозяйки, зацокал коготками на кухню, затрещал рыбными кубиками из тихоокеанской форели. Ревновал хозяйку.

После мажорного лобзания в голове все смешалось.

— Чувствую себя блудливой Клеопатрой! — Люся поправила свой огненно-рыжий чуб.

— Давай, только уберем эту идиотскую пирамиду, переменим обои, абажур… И я тебе обещаю грандиозные секс-каникулы. Кота Бегемота бы еще кому сбагрить.

— Кота не тронь!

— Или его кастрируем.

— Отзынь, а?!  Кот — святое.

— Наверное, ты права. Кстати, я стал читать Булгакова.

— Ну и?

— Понятно откуда у тебя любовь к кошкам.

— Мой ты котяра! Ладно, так и быть, уговорил. Бери меня в жены.

— Радость моя! Навеки!

— Какой ты милый…

Сборник «Довлатовфест», 2016, «НАША КАНАДА (Торонто), 2014, «KONTINENT» (Чикаго), 2014 

Запись опубликована в рубрике Убить внутреннюю обезьяну. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

8 комментариев на «ЗВЕЗДА СОЦСЕТЕЙ»

  1. Приятно провел время. Даже «Евангелие от сатаны» вспомнил по Булгакову. Или по Воланду?

  2. Наталья М говорит:

    Как всегда-в-о-с-х-и-щ-е-н-а! Спасибо, Артур! Чудесного дня!

  3. Елена Риф говорит:

    Какая прелесть! Особенно мне понравился господин Жабий, ибо очень похож на одного знакомого мне ужасного типа. Вот бы и того куда-нибудь отправили… А кот Бегемот — вообще основание для восторженных криков от радости новой встречи с этим очаровашкой… Спасибо, Артур!

  4. Gen OlBud говорит:

    Интересно, психиатры штатные в Кремле есть?
    В поликлинике 1-ой управделами видел, им самим со временем серьёзная психиатрическая помощь требовалась.

  5. Олег Гонозов говорит:

    Артур, дорогой, как всегда восхищен! Легко, тонко, красиво!

  6. Youra Demshin говорит:

    Просто талант!

  7. Алла Гинтерс говорит:

    Прелестно, Артур!)) Очень даже жизненно…)))))

  8. IndostanCLUB говорит:

    Сильно…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *