ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЛУНЫ

1.

Вызвала своего обожаемого сценариста, Артемия Лебядкина. Предложила чай-кофе, тот отказался. Г-жа Рублева постучала алым наманекюренным пальчиком по полировке стола:

— Значит так, Артемий! Меня осенила идея. Скетч-шоу «Обратная сторона Луны».

— Юлия Борисовна, — вяло отреагировал Лебядкин, — да этих скетч-шоу на ТВ, что у собаки блох. Армада юмористов-сатириков пасется на поляне. Целевая аудитория затрахана до блевоты.

— Дослушай! — Юлия поправила завиток у виска. — Все эти хохмачи показывают лишь лицевую сторону жизни. Я же предлагаю визуализировать сразу две стороны. Муж, например, говорит супруге: «Ты моя крошка», а сам думает: «Разожралась корова!» Сечешь?

Артемий сощурился:

— Ага! В антитезе? Эти два слоя? Меж ними проскакивает искра?

— Умница! Иди, набросай синопсис. Сценическая площадка любая. Кафе-ресторан, вокзал-больница, заправка-кладбище.

— Уж пальцы чешутся, так хочется писать, — вильнув узким задом в топовых джинсах, Артемий исчез в проеме двери.

«Какой-то он подозрительно преданный, — поправила зазывную грудь Юлия Борисовна. — У него, кажется, трое детей мал-мала. Дурища-жена камнем висит на шее. Кредит за квартиру в Бирюлево. Как же это противно».

Юлия Рублева служила креативным продюсером Первого канала Останкино. На заглавной странице Facebook она выложила свой бейджик. Кто-то из недругов вякнул, мол, бейджик смахивает на лакейский номер. Чушь! Это принадлежность к клану, некому масонскому Ордену. И не могла же она в этом святом Ордене носить позорную фамилию Побирухина. Именно такой (почти кличкой!) наградили ее родители. Сначала она хотела переименоваться в Юлию Бакс, на американский манер. Потом в Юлию Еврикову, ан евро качается. Остановилась на Рублевой, хотя гнездовье олигархов, Рублевка, всячески осмеяна штатными смехачами, а с рублем еще не понятно, что будет. Однако был иконописец Рублев, значит, фамилия свята.

Юлия открыла дверку бара. Налила 20 грамм армянского коньяка. Глянула в окно на улицу Королева. Серо, грязно, даже не верится, что апрель, деревья сиротливо стоят еще голые.

Сколько же она работает в этом здании? Ой, лучше не вспоминать! В августе ей стукнет 39! Замаячат подлые 40. А ведь мужика нет. Есть лишь, для забав, одноразовые. Внутренне же она так молода и дьявольски соблазнительна.

Юлия Борисовна выкладывала в паутине фотки, в черном парижском халатике и черных же чулках она возлежит на огромной тахте. Зарегистрировалась, конечно, под вымышленным именем, иначе проблем на работе не оберешься. В сети она называлась «Бразильской Розой». Ей писали. Сотни, истекающих похотью, кобелей. Увы, настоящего стержня, того, с кем пойдешь в разведку пока не нашлось.

 

2.

До этого проклятого шоу Юленька была чиста, почти свята. С какой трогательной нежностью верила в любовь. Эти же зазеркальные скетчи превратили ее в завзятого циника, пропитанного ядом сколопендры.

— Отменное скетч-шоу мы замутили! — потирал ладони гендир Первого канала Константин Хэрст. — Рейтинг выше крыши. И как только эта идея пришла в вашу небольшую голову?

Как бы она раньше радовалась этим словам. Однако «Обратная сторона Луны» наградила ее пронзительным даром читать исподние мысли.

«А она очень даже ничего, — невольно сканировала подсознанку Кости. — Конечно, стара. Но какие пухлые губы! Как у рыбы-губана. Для одноразового секса вполне годится».

Юлия еле удержалась. Так хотелось ей залепить Хэрсту пощечину, чтобы он, гаденыш, рухнул на пол.

— Моя идея, разработка же Артемия Лебядкина… — тихо произнесла Рублева.

— Юлия Борисовна, — г-н Хэрст поднялся из-за стола, эдаким Наполеоном скрестил руки. — Досье ваше известно. Вам 39. Возраст критический. Вы только не обижайтесь… Я сам не мальчик. Так вот. Хочу узнать, как вы так сохранились? Ваш фейс будто с обложки гламура. Особенно губы.

— Делаю кефирные маски, тайские массажи, — опустила глаза Юлия, с ужасом продолжая сканировать серое вещество босса. «Прикидывается всегда бедной овечкой. На какие кульбиты она способна под покровом ночи. Нужна ли она мне? Как-то в курилке, мне донесли, что меня она обозвала педиком, окруженным дружным гаремом мальчишек. Дура! Я бисексуал. В европейском мейнстриме».

— Я больше вас не задерживаю, — свел брови Хэрст. — Зарплата вам и Лебядкину поднимается синхронно рейтингу.

Опасаясь считывать мысли шефа, Юленька выскочила. Сканировка возможно лишь с 2-3 метров, стены и двери лишали дара.

Забежала в дамскую комнату. Судорожно, до рези в легких затягиваясь, выкурила сигаретку. Глянула в окно на Останкинскую башню. Святые угодники, она, Юлия Рублева, стала такой же антенной!

Несмотря на успех, скетч-шоу надо апгрейдить. Добавить маргинальных персонажей. Расширить целевую аудиторию. Водопроводчиков, торгашей урюком, лифтеров. Всякой твари по паре! Олигархи с политиками уж давно высмеяны. Материал шлаковый.

Смыв унитаз, гордой походкой покинула клозет.

 

3.

Вызвала Артемия. Явился худющий и гнутый, что твоя борзая. На лбу почему-то лиловый чирей. Сбит гормональный фон? И это при трех-то отпрысках? Не о том она думает…

— Как тебе наше детище, коллега? — иезуитски сощурилась.

— Всё тип-топ. Мне бы чаек зеленый. Подправить гормональный фон.

Юлия нагнулась к коммутатору:

— Варя, будь добра, два зеленых чая.

— Значит, все тип-топ? — Юлия не могла оторвать глаз от лилового чирья.

— Что-то смущает?

— Понимаешь, милок, в конце прошлого века на Руси произошел тектонический сдвиг. Люди были готовы четыре часа отстоять в очереди в первый «Макдональдс». Помнишь, на Пушкинской площади? Гамбургер с холестерином стал иероглифом другой, райской жизни.

— К чему клоните?

Вошла Варя Пичугина, недавняя школьница, высокие каблучки озорно отщелкивали по паркету. Кремовая юбка чуть не до треска обтягивала бедра.

Артемий облизнулся.

— У тебя, Тёма, сколько чад? — нахмурилась Рублева.

— Трое. Жена скоро родит двойню.

— Какой плодовитый. Что кролик. Братец-кролик… Вернемся к нашим баранам. Слишком уж интеллигентны твои сценарии. А Россия переполнена жлобьем. Миллионы и миллионы даунов. Догоняешь? Надо нагнуться, прикоснуться воспаленной губой к чернозему.

— Скорее к суглинку… — губы Артемия предвкушающе задрожали.

— Или к суглинку. Введи в сценарии всякую шантрапу. Водил такси, базарных воров, отставных киллеров. Не церемонься! Чем глубже копнешь, тем лучше.

— Неужели таково ЦУ самого Хэрста? — до дна выдул зеленый чай Лебядкин.

— Ага. Кстати, зарплата наша возросла синхронно с рейтингом.

 

4.

Г-жа Рублева оставила навороченную «Мазду» на улице Королева. Решила прогуляться до ВДНХ, прикоснуться к народному слою, ноздрями втянуть в себя низовой мейнстрим, чтобы потом, в случае чего, подсказать Артемию.

Цокала каблучками, наслаждаясь погодой. Почки на деревьях надулись, вот-вот лопнут. Как там у Достоевского о липких листочках? Кустарник на газоне пустил нежно салатовые стрелки. Мимо пронеслась шальная бабочка-капустница. Рановато летаешь, глупышка.

Вспомнила (почти дословно!) грандиозный пассаж из «Братьев Карамазовых». Мол, и мира этого подлого не принимаю, и путаника Бога, но за эти липкие листочки всё готов принять и простить.

Но это в прошлом. А сейчас?

Страна с нефтяной трубой превратилась в бескрайнее гнилое болото. Оппозиционеры что-то балаболят. Импотенты! А надо ведь покрепче присосаться к трубе. Вся демократия держится на хищениях в особо крупном размере.

Дошла до памятника космонавтам. Надо включить свой дар, сканировать подножные мыслишки пипл.

— Юлия Борисовна, решили прогуляться? — кто-то ее тронул за локоть.

Секретарша Варя. Скуластенькая. С детскими конопушками на утином носике. Хотя талия безупречна. Не зря Лебядкин облизывался.

— Не все же сидеть в этой стеклянной коробке. А ты здесь чего?

— На распродажу. Хочу прикупить летнюю юбку. Клетчатую. Сейчас это в тренде.

Юлия потерла висок. Сокровенные мысли Варюши стали для нее вдруг открытой книгой.

«Зачем я ее окликнула? Она же мне опостылела еще в Останкино. Старпёрка! Почти у гробовой черты. А туда же, мажется, с маникюром… Видала я ее в «Одноклассниках» под именем Бразильской Розы. Любопытно, трахается она с бисексуалом Хэрстом? Или тот не допускает ее до своего элитного тела».

Юлия Борисовна размахнулась, со всей дури влепила Варе пощечину.

— За что? — отшатнулась Пичугина.

Рублева испуганно замигала:

— Извини, родная. У меня, видно, климакс. Точнее… Давай, где-нибудь сядем. Я тебе все расскажу.

 

5.

Сели в кафешке «Три поросенка», рядом с недавно демонтированным колесом обозрения.

— Значит, для вас моя душа — открытая книга? — Варя впивалась зубками в истекающий мясным соком чебурек.

— Любая душа… — Рублева припивала из пластикового стакашка коньяк «Арарат».

— Извините, что я о вас такое посмела думать. Не со зла. Мне всё начальство не любо. Юношеский максимализм, наверно.

Юлия Борисовна глядела на эту младую деву. А ведь она годилась ей в дочки.

«Хоть пожру хорошенько за ее счет, — читала она Варины мысли. — А сила у нее — о-го-го! Так звезданула. А сэкономленные денежки отложим на поступление в МГУ».

— Какой факультет? — спросила Юля.

— Вы о чем?

— На какой факультет МГУ решила поступать?

— Так это правда? Мама дорогая! — подавилась чебуреком Варя. — Философский… В перспективе хочу защитить докторскую диссертацию «Метафизика русского хаоса».

— Зря ты меня считаешь старухой. На пляжах Майями на меня оглядывались. И с Хэрстом я не блядую. Не в моем вкусе. Все бисексуалы мимо моей кассы.

— Простите! — Варя схватила Юлину руку, стала покрывать ее поцелуями. — Вы, верно, меня уволите? За чебуреки я сама заплачу!

— Дура! — Рублева отдернула руку. — А как же твой метафизический хаос?

— Вы меня не уволите… Как я вам благодарна!

— Значит так, красотка! Напиши на мое имя служебную записку, сколько тебе нужно на обучение. Положу на стол Хэрста. Пусть у этого хряка хоть на один золотой унитаз будет меньше. Хотя все обучение в МГУ стоит явно дешевле. Как, кстати, тебе наше шоу?

— Честно? Вызывает цинизм и апатию. Сердце жаждет любви. А ведь все это срывание покровов лишь умножает хаос.

Юлия допила коньяк:

— Так! С завтрашнего дня ты мой заместитель.

 

6.

В понедельник Останкино потрясло феерическое событие. Написав прощальную записку, Константин Хэрст отбыл на жаркие пляжи Майями со своим любовником Артемием Лебядкиным.

— Святые угодники, вот он хаос! — заламывала белые рученьки г-жа Рублева.

— Не берите в голову! — щелкала молодыми зубами орехи фундук Варвара Пичугина. — Хэрст наверняка возьмет все отставное семейство Лебядкина на свое иждивение.

— Так ведь имидж первой кнопки подорван.

— Любая новость в топике информпространства держится не больше трех дней.

— После виража Хэрста я потеряла дар сканировки.

— Плевать! Мы же хотели апгрейдить шоу в мейнстриме любви.

— Ну да…

Варя запила орехи клубничным кефиром. Подошла к окну с видом на Останкинскую башню, икры ее юных ног напряглись. Бесстыдное майское солнце насквозь пронзило клетчатую юбчонку.

— И назовем шоу так, — продолжала Варя, — «Лицевая сторона Луны». Слоган: «Только добро!»

Произнеся этот спич, Варенька оцепенела. В ее сером мозговом веществе отчетливо прозвучали мысли Рублевой: «Как же она хороша! Даже скуластое лицо с конопушками ее не портит. Неужели на старости лет я становлюсь лесбиянкой? Тьфу-тьфу-тьфу!»

Варины глаза вспыхнули кошачьими изумрудами. Она подошла к боссу, провела ладонью по ее уже начинающим седеть волосам.

— Что ты себе позволяешь? — отшатнулась Рублева.

— Вы мне как мать! Я так благодарна. Можно я вас по-дочернему поцелую.

— Только в щечку.

— Да-да… А вы еще так хороши. Настоящая Бразильская Роза!

Рублева всхлипнула, жарко поцеловала Варьку:

— Ты не врешь, родная?!

«Убить внутреннюю обезьяну» (издательство МГУ), 2018, «НАША КАНАДА» (Торонто), 2014

7 мыслей о “ОБРАТНАЯ СТОРОНА ЛУНЫ”

  1. Этот рассказ мне очень понравился. В нём помимо обычного твоего набора литературных вкусностей есть оптимизм и всепобеждающая любовь.

  2. Артур! Как всегда замечательно написано. Главное — интересно! Созвучно с моим творчеством, но я работаю в жанре афористики, юмористики. Вот вспомнила свою антитезу: если жена стерва, то так прямо и скажи: «Голуба моя!» По ассоциаци с «зазывной грудью» всплыла такая фраза: «Выдающаяся женская грудь в бейджике не нужется». Словом, и т.д. и т.п. Недавно вышла моя книженция:» Пикантные заметки веселой брюнетки» в серии «золотая сотня афоризмов». 150 экз. Увы! Ничего не осталось. Обещали в конце этого года сделать допечатку. Казовскому Михаилу, Жене Обухову… книжка понравилась. У Казовского, возможно, есть ее лишний экз. в редакции. Если любопытно, могу через них передать ее Вам в следующем году.

  3. Артур! Спасибо вам большое! Я третий год не смотрю телевизор, выборочно все новости беру из инета! Но сейчас и сюда, особенно на ФБ (по сравнению даже с прошлым годом) такое количество желтухи и чернухи, так что ваши рассказы для меня спасение, чтоб нечаянно опять не попасть на чьи-то разборки и «мясо» ((((((((

  4. Стиль: ироничные диалог-миниатюры). А в этом рассказе — … более насыщенны оттенками и интонациями от автора. Здорово!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *